9bc328a2     

Вежинов Павел - Белый Ящер



ПАВЕЛ ВЕЖИНОВ
БЕЛЫЙ ЯЩЕР
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
1
И тогда Несси впервые увидел себя среди ледяных вод океана, настолько синих и плотных, каким не бывает и небо в самые студеные зимние дни, в самые ясные утра. Все словно бы дрожало как в ознобе, вода искрилась, будто наэлектризованная, и над всей этой промерзшей маленькой вселенной разносился нежный, еле слышный звон — это тихонько сталкивались леденеющие верхушки волн.
Он вошел в этот мир внезапно и неожиданно, словно бы шагнул сюда из другого существования. Но не испытывал ни малейшего удивления. Спокойно всматривался в бесконечную синюю пустыню — самое живое из того, что до сих пор видели его глаза.

Белоснежные птицы рассекали холодную голубизну неба. Совсем один лежал он, лениво раскинувшись на громадной белой, белее птичьих крыл, ледяной глыбе — тогда еще он не знал, что имя ей — айсберг.

Лежал и смотрел на солнце, да, прямо на солнце, как ни ослепительно сверкало оно, маленькое и круглое, в этой пустоте. Лежал, охваченный ощущением, что тут он родился, тут и сольется когданибудь с вечностью. Ни в ком и ни в чем он не нуждался.

Ему вполне хватало этого пустынного мира, синего и белого. И птиц. Разум, его разум, самое невероятное из всего, чем он обладал, отдыхал лениво и спокойно, не слышно было даже еле уловимого шума, производимого великолепным, точным, прекрасно смазанным механизмом, который днем и ночью жужжал в жесткой коробке его черепа.
И тут появились киты. Три. Самец плыл чуть впереди, могучий, величественный, с блестящей кожей, казавшейся почти черной в бурлящей воде. За ним, чуть поодаль, следовали самки, каждое их движение выражало уверенность и покорность.

Но все трое плыли очень мощно, ныряли в тугую эластичную воду, которая через какоето время с силой выталкивала их на поверхность. Сначала в мягком солнечном свете появлялись головы, тонны воды на какоето мгновение застывали на плоских лбах и тут же обрушивались на спины — уже не вода, а целые водопады хрусталя.

И все это бесшумно, да, абсолютно бесшумно, хотя они и плыли с такой силой. Только нежный звон попрежнему звучал у него в ушах, нет, даже не в ушах, а гдето внутри, в самой глубине.
Да, киты не делали больше ничего, только плыли. Все так же мощно ныряли и выныривали из воды, скатывавшейся с их блестящих спин. Ныряли и выныривали, только и всего.

Но Несси смотрел на них, не в силах оторвать взгляда, с огромным напряжением, с ощущением чегото небывалого, рокового. И даже не пытался понять, что все это значит, откуда пришло, зачем. Просто лежал и смотрел.
И вдруг он вновь оказался в реальном мире, в своей собственной детской кроватке, которая давно уже стала ему короткой и тесной. Было раннее утро, в открытые окна лилась прохлада. На улице громыхали колеса трамваев, скрипели рессоры автобусов.

Этот знакомый, почти не воспринимавшийся им шум плыл над городом, заглушая все остальные звуки. Несси вздрогнул и огляделся: все вещи стояли на своих местах — привычная, спокойная и будничная картина.
Несси увидел китов, когда ему было всего три года. Что это, сон или просто какоето нелепое видение — он не знал. Слово «видение» было ему, разумеется, известно, но Несси был убежден, что за ним кроется очередная человеческая глупость или абсурдная выдумка. Значит, сон?..

Но ведь ему никогда ничего не снилось. Несси, конечно, тоже спал, как и все прочие люди, но совсем иначе. Просто закрывал глаза и проваливался в небытие.

Время? Никакого времени. Просыпаясь, он испытывал чувство, что прошло всего несколько мгновений.
На



Назад