9bc328a2     

Вегер Леонид - Записки Бойца-Разведчика



ЛЕОНИД ВЕГЕР
ЗАПИСКИ БОЙЦАРАЗВЕДЧИКА
Аннотация
Представьте, что Вы, только окончив школу, с Вашим живым характером, жаждой жизни, стремлением к самоутверждению, сели в машину времени и перенеслись в 1942 год на фронт. Вы можете подумать, прочтя эту фразу, что перед Вами фантастические рассказы. Отнюдь.

Предлагаемые новеллы относятся к жанру воспоминаний, но при этом написаны так живо, а описываемые перипетии настолько захватывающи, что, начав читать их, невозможно остановиться. Главный герой, от лица которого ведётся повествование, попадает в опасные ситуации, связанные с риском для жизни и требующие принятия мгновенных, часто на уровне подсознания, решений. К тому же, он настолько схож с современными 18летними молодыми людьми, что легко представляешь себя на его месте.
Сведения об авторе
Вегер Леонид Леонидович, родился в 1924 г. на Соловках в семье осуждённых, анархистов. После окончания средней школы ушёл на фронт. В 1943г. был ранен и остался инвалидом II группы.

В 1944 г. поступил и в 1949 г. окончил инженерноэкономический факультет МАИ. Работал на заводах и в научноисследовательских институтах. Защитил кандидатскую и докторскую диссертации.

Опубликовал 5 монографий и более 100 научных статей. Последнее место работы — ведущий научный сотрудник Института экономики РАН.
Обречённые
167я курсантская бригада была сформирована необычно — из отходов, вернее из отбросов.
После того как немецкие войска летом 1942 г. взяли Ростов и хлынули на кубанские просторы, из курсантов военных училищ Северного Кавказа и Закавказья стали срочно формироваться курсантские бригады. При этом в каждом училище, в том числе и в моём Орджоникидзовском, курсантов разделили на «чистых» и «нечистых».

Я оказался в числе последних. Среди них преобладали полууголовные ребята из казачьих станиц, а также бывшие заключённые.
Как попал в их компанию я, отличник боевой и политической подготовки, было непонятно. Национальность не была, по крайней мере, главной причиной, т.к. одноклассник, Яша Рихтер, попал в основной состав. (Кстати, после 10го класса ему было 17 лет, и он не подлежал призыву.

Но Яков пошёл в военкомат, похлопотал и его взяли вместе с нами.) Перебирая другие свои «грехи», вспомнил, что месяца за два до этого у меня была стычка с командиром отделения. Он обозвал меня «пархатым», я толкнул его в грудь, и началась обычная мальчишеская драка (он был мой ровесник).

Прекратил её проходивший мимо комиссар нашего батальона. На вечерней поверке нам объявили наказания: командира отделения вернули в рядовые, мне дали 10 суток гауптвахты. Впрочем, это не такой уж большой «грех» и не такое уж редкое взыскание, чтобы изза него отчислять из основного состава.
Сейчас я думаю, что причиной этого была моя мама. Девятнадцатилетней девушкой она оставила свою добропорядочную еврейскую семью и ушла в революцию бороться за свободу и справедливость. Примкнула она к анархистам.

Установившуюся советскую власть они не признали и продолжали бороться и с ней. После нескольких арестов её в 1922 г. отправили на Соловки, где я и родился. Заполняя при поступлении в училище свою первую в жизни анкету, я, как честный, принципиальный комсомолец, указал, что родители были репрессированы.
Нас, человек пятьдесят «нечистых», погрузили в вагоны и отправили в Баку. Там уже собрались подобные группы из других училищ Кавказа. Из них и была сформирована 167я курсантская бригада.
Мне, как оказалось впоследствии, повезло — я попал в артиллерийскую батарею. Артиллерийское дело мы пос



Назад